Трезвое и совершенно спокойное настроение

никогда не приводит к появлению подтянутых строк.

А стихи надо писать со всем стремлением,

как народный артист выпиливает треугольный брелок.

А тут идёт дождь, и совершенно нет сил, чтобы

сосредоточиться. Лежишь себе, лежишь на спине,

и не глядя ясно, что в соседнем доме окна желты,

и недвижный кто-то людей считает в тишине.

Но тоска очищает. А испытывать счастье осенью - гаже,

чем напудренной интеллигентной старухе давать минет.

Отдыхай, душа. Внутренний плевок попадёт в тебя же,

а внешний вызовет бодрый коллективный ответ.

Так и живёшь. Читаешь всякие книги,

думаешь о трёхметровой яме,

хоть и без неё понятно, что любая неудача или успех -

это как если б во сне ты и трое пожарных мерились хуями,

и оказалось бы, что у тебя короче

или несколько длинней, чем у всех.

Размышляешь об этом,

выполняя назначенную судьбой работу,

и всё больше напоминаешь себе человека,

построившего весь расчёт

на том, что в некой комнате и правда нет никакого комода,

когда на самом деле нет никакой комнаты, а только Коммод.

Бывает ещё, проснёшься ночью где-нибудь в полвторого

и долго-долго глядишь в окно на свет так называемой Луны,

хоть давно уже знаешь, что этот мир - галлюцинация

наркомана Петрова,

являющегося, в свою очередь, галлюцинацией

какого-то пьяного старшины.

Хорошо ещё, что с сумасшедшими возникают трения

и они гоняются за тобой с гвоздями и бритвами в руках.

Убегаешь то от одного, то от другого, то от третьего

и не успеваешь почувствовать ни своё одиночество, ни страх.

Хорошо бы куда-нибудь спрятаться и дождаться лета,

и вести себя как можно тише, а то ведь не оберёшься бед,

если в КГБ поймут, что ты круг ослепительно яркого света,

кроме которого во Вселенной ничего никогда не было и нет.

(с) Виктор Пелевин

Что называется, стихотворение в тему. Когда за окном серая хмарь, подсвеченная тусклыми оранжевыми фонарями, голые деревья, внизу, на асфальте мерзкая слякоть, какая бывает в ноябре. Угораздило же родиться в самый отвратный месяц.